Бабочки писателя Набокова

624
0

Писатель, прославившийся книгами на русском, а затем и на английском языке, был ученым – энтомологом и описал десятки новых видов насекомых. «На Невском проспекте, в последних числах марта, когда разлив торцов синел от сырости и солнца, высоко пролетала <...> первая желтая бабочка». Лимонница, порхающая по страницам романа «Дар», – в творчестве Владимира Набокова гостья не случайная.

Впрочем, Набоков не мог знать того, что желтая лимонница – не совсем желтая. «Если взглянуть на ее крыло в ультрафиолете, на нем появится крупное контрастное пятно, напоминающее крылья павлиньего глаза», – говорит энтомолог Анатолий Крупицкий, преподаватель Лаборатории биологии Политехнического музея.

Действительно, миллионами лет естественный отбор трудился над окраской лимонницы, предназначенной вовсе не для нашего зрения, а для глаз других насекомых, видимый спектр у них смещен в ультрафиолетовую область. С бабочками мы вообще существуем как бы параллельно. Если не считать шелкопрядов, хозяйственной пользы от них мало, но и серьезного вреда они не приносят. Мы могли бы вовсе не замечать бабочек – когда б не одно «но»: они удивительно красивы.

Недаром Набоков, поймавший первую бабочку в шесть лет, в девять уже штудировал монументальный труд «Бабочки Британии», а будучи взрослым и эмигрировав, работал смотрителем коллекции чешуекрылых в гарвардском Музее сравнительной зоологии. Поэтому для энтомологов Набоков – классик не только литературы, но и науки.

Прогресс для насекомых

«Бабочки дают нам удивительную возможность для изучения эволюции и эволюционных механизмов, – добавляет Анатолий Крупицкий. – Исторически они примерно ровесники динозавров, появились одновременно с цветковыми растениями и стали их опылителями».

Считается, что ближайшие современные родственники чешуекрылых – ручейники, обитатели водоемов. До сих пор личинки некоторых бабочек ведут водный образ жизни, возможно, сохраняя древние привычки далеких предков. «Кроме того, у ручейников тоже имеются покрытые волосками крылья, – поясняет Анатолий Крупицкий. – Собственно говоря, чешуйки на крыльях бабочек – производные таких волосков».

И ручейники, и бабочки, и скорпионницы считаются «эволюционно продвинутыми» отрядами, которые довели до совершенства сложные механизмы полного метаморфоза – из личинки (гусеницы) в куколку и лишь затем – во взрослую особь-имаго. «Сверчки, например, проходят только неполное превращение: они вылупляются из яиц, уже имея примерно “взрослое” строение, не считая крыльев и репродуктивной системы, – добавляет Анатолий Крупицкий, – и в течение жизни просто растут, периодически линяя, сбрасывая внешний экзоскелет и выращивая новый».

Неспособные к полному превращению сверчки – отличные и отважные бойцы. Оценить их спортивные качества можно на занятиях «Эксперимент со сверчками: гладиаторские бои», которые Анатолий Крупицкий проводит в Лаборатории биологии Политехнического музея.

«Бабочки – одни из самых прогрессивных насекомых, – продолжает Анатолий. – Даже полет у бабочек чрезвычайно развит: некоторые бражники легко зависают над цветком, развивают скорость под 100 км/ч и могут мигрировать, перелетая через океан… Например, бабочки-монархи преодолевают тысячи километров».

Набоков-эволюционист

Главным предметом научного интереса Набокова было семейство бабочек-голубянок (Lycaenidae) – ими же занимается и Анатолий Крупицкий. «Даже среди прогрессивного отряда чешуекрылых это одна из самых многочисленных и высокоразвитых групп, – поясняет он. – Они относятся к булавоусым бабочкам, которые ведут дневной образ жизни».

К сожалению, мягкие ткани чешуекрылых чрезвычайно плохо сохраняются в осадочных породах. Поэтому до сих пор палеонтологи обнаружили несколько десятков останков булавоусых бабочек – за всю многомиллионную геологическую историю этого отряда насекомых. Однако сегодня в арсенале ученых имеются и другие методы исследований, включая генетические. «Род голубянок, которым занимаюсь я, совсем молодой, он практически ровесник нашего рода Homo. По современным оценкам, ему около 2 млн лет, – добавляет Анатолий Крупицкий. – Но вообще историю голубянок можно проследить более чем на 10 млн лет в прошлое».

За это время голубянки успели расселиться почти по всему земному шару, и энтомологи продолжают описывать новые виды. Несколько ранее неизвестных видов голубянок Анатолий Крупицкий открыл в горах Передней и Центральной Азии, но водятся они даже в Подмосковье. «Сверху коричневые, снизу зеленые – узнать их легко, – рассказывает ученый. – Всего же их известно больше 5 тысяч видов, и ключевое отличие самых близких видов – в строении гениталий».

Быстрое изменение копуляционных органов можно назвать одним из основных движущих факторов в развитии репродуктивной изоляции разных групп голубянок друг от друга и превращении их в новые виды. Некоторые появились уже на памяти человечества – 200–300 тысяч лет назад. «Именно эволюции голубянок была посвящена основная работа Набокова, – говорит Анатолий Крупицкий. – К сожалению, главная его гипотеза не нашла признания при его жизни и была подтверждена лишь совсем недавно».

Начиная с 1941 года и до 1970-х Набоков описал и назвал более 20 видов чешуекрылых. Эту традицию продолжили и другие энтомологи: в память о классике назван род голубянок Nabokovia, а несколько десятков бабочек получили имена в честь его литературных героев.

Главный труд писателя

«Известны голубянки Polyommatus с действительно голубой верхней поверхностью крыльев, – рассказывает Анатолий, – они распространены повсеместно, по обе стороны Атлантики. И Набоков, изучив их морфологию – окраску, внешний вид и, конечно, анатомию органов копуляции, – высказал идею о том, что за последние 11 млн лет они несколько раз пересекали Берингов пролив и каждый раз “заново” осваивали Америку».

Несколько лет назад была опубликована работа, в которой эта набоковская идея была проверена и подтверждена уже современными методами, с использованием результатов секвенирования ДНК голубянок.

Ученым удалось построить эволюционное древо секции Polyommatus, указав на нем несколько «узлов», моментов, в которые происходила дивергенция видов, населяющих разные континенты. Первую из таких развилок действительно можно отнести к 10 млн лет назад. Раз за разом волна голубянок Polyommatus накатывалась на Америку, двигаясь с севера и добираясь до самого юга, оставляя популяции, постепенно превращавшиеся в новые виды.

«При этом трудно предсказать, как такую работу воспринял бы сам Набоков, – добавляет Анатолий Крупицкий. – Эволюцию он, конечно, никак не отрицал, однако к генетике и роли ДНК относился с большим скепсисом. Впрочем, в то время эти вопросы еще не были строго выясненными, и такое отношение Набокова для тех лет вполне понятно».