Что такое саунд-дизайн в кино?

750
0

Профессия саунд-дизайнера для России относительно нова, большинство людей, просто любящих кино, даже не подозревают о ее существовании. Что же делает сауд-дизайнер? Где заканчивается вотчина звукорежиссера картины и начинается его сфера влияния? 26 марта в Мультимедиа Арт Музее состоится лекция Василия Филатова «Звук в кино: как саунд-дизайн изменил то, как мы смотрим фильмы». Действительно – как? Политех умолял саунд-дизайнера Василия Филатова приоткрыть завесу тайны, не рассказывая главных секретов (их мы оставим для четверга), и ответить на несколько вопросов.

Поймать Василия нам удалось в кинозале Московской школы кино. Во время нашего разговора специалисты готовили аппаратуру к кинопоказу – это дополнило беседу неожиданными звуковыми эффектами.

– Чем саунд-дизайн отличается от звукорежиссуры?

– Саунд-дизайн – это достаточно узкая, но безумно интересная область звукорежиссуры. В России он появился не так давно, поэтому четкого определения у нас пока нет. Саунд-дизайнер занимается созданием звуковых эффектов в кино и мультимедиа. (В этот момент в зале раздается щелчок). Вот это вполне может быть звуковым дизайном – щелчок, дающий некое ощущение, настроение. Это очень важно, особенно в кино. Задача режиссера – вести зрителя из пункта А в пункт Б, звук помогает рассказать историю. Поэтому звуковой дизайн должен быть незаметен – в первую очередь он помогает режиссеру.

– Почему ты выбрал именно саунд-дизайн?

– Совсем недавно мне задавали этот вопрос, и я ответил так: в шесть лет я слушал фермы у нас в деревне. В Медвежьем, это километров тридцать от Воронежа, была ферма, и за два километра было слышно, как она жужжит по вечерам. Прекрасный музыкальный тон, я до сих пор его помню. Вот тогда (смеется) я начал задумываться о том, почему звучит именно так, а не иначе, и, если ближе подойти к этой ферме, она звучит совсем по-другому. Задумался – по сути – об отражениях, о реверберации. В профессию я пришел достаточно просто: поступил во ВГИК, где получил базовые знания у прекрасного мастера, Роланда Казаряна (Работал над фильмами «Служили два товарища» и «Бег». – Политех). К тому же было очень много практики, многочисленные картины, где натыкался на одни и те же грабли. Но грабли и шишки – это прекрасно, я считаю.

– А какие бывают грабли в звукорежиссуре?

– Например, неправильно поставленный микрофон. Микрофон всегда направлен на что-то, и от его положения зависит звуковая фактура. Если фактура неправильно записана, она не «приклеится» к картинке, будет звучать искусственно – а зритель это подсознательно считывает, он реагирует очень просто: верю – не верю.

– Кого ты считаешь своими учителями?

– Во-первых, мой мастер Роланд Казарян, прекрасный учитель. Владимир Шарун (Звукорежиссер фильма «Сталкер». – Политех). Это старая школа, потрясающий уровень понимания материала. Моим учителем стала площадка – там я понял, как работает режиссер, актеры. Меня многому научила голливудская школа, я смотрю массу картин на английском, анализирую, как записаны и обработаны фактуры, что сделал саунд-дизайнер. Пересматриваю картины десятки раз: «Темный рыцарь» смотрел, наверное, раз 50, и это не предел. Я учусь постоянно, недавно неделю провел во Франции, учился у Ханса Циммера: мы брали проекты Inception, Dark Knight, Despicable Me и разбирали, как создавалось их звучание.

– Как саунд-дизайнеру уследить за технологиями, они ведь развиваются довольно стремительно? Может быть, есть профессиональные журналы, сайты?

– В России очень мало информации по саунд-дизайну. Переводы неточно отражают оригинал, стоит смотреть оригинальные видео западных мастеров: Дэйва Пенсандо, например. В музыкальной звукорежиссуре – есть журнал Sound On Sound, есть каналы на Vimeo, на YouTube. И, конечно, общение с коллегами и само кино: саунд-дизайн постоянно эволюционирует.

– У каждого звукорежиссера есть своя библиотека шумов – как их собирают?

– Каждый собирает ее в течение всей жизни. Просто ходим и записываем интересные фактуры. Вот этот подлокотник – он не скрипит, но что-то с ним происходит интересное, у него очень плотное звучание. Я его запишу, и у меня в библиотеке будет плотное шуршание некого механизма. И когда мне потребуется звук для какого-нибудь робота или выдвигающегося ящика… Звук может не соответствовать фактуре – тут подлокотник, а в картине это будет тяжело выдвигающийся ящик, но по плотности звучания они совпадут, это даст новую эмоцию.