Слово – куратору: ожившая история СССР

575
0

Продолжаем рассказывать о том, что остается за кадром выставок Политеха. Сегодня куратор выставки «Авиация. Утро новой эры. Россия, 1910–1935 годы» Лидия Гуменюк поделится воспоминаниями о работе над разделом экспозиции, посвященном истории авиации в СССР. Зачем собирать самолет в квартире, почему авиаконструкторы цитировали Бенвенуто Челлини и можно ли доверять мемуарам?

Лидия Гуменюк на открытии выставки в павильоне «Карелия»

«Эта выставка поставила перед нами огромное количество задач. Хотелось не только описать весьма насыщенные 25 лет истории авиации и развития техники, но и по-новому взглянуть на советские идеологические мифы, которые продолжают тиражироваться до сих пор. И, конечно, найти личные воспоминания авиаторов и конструкторов, чтобы их живой речью передать атмосферу того времени.

Все “залакированные” пропагандой истории сразу открывают свои бытовые шероховатости. Оказывается, что еще юных изобретателя Можаровского и авиаконструктора Яковлева в их мечтах стать инженерами не очень-то поддерживали родители; что в первые послереволюционные годы все научно-исследовательские лаборатории больше походили на сараи; что стрельбище ЦАГИ делило, например, подвал с парикмахерской; что конструкторы ютились в тесных комнатах общежитий, а те, у кого была квартира, иногда собирали самолеты прямо в ней.

Изобретатель Георгий Можаровский

В процессе подготовки постоянно всплывали какие-то параллельные, не имеющие отношения к выставке, но очень интересные истории. Забавно, к примеру, что авиаконструктор Яковлев начинает книгу «Цель жизни» с перечисления знаменитых автобиографий и вспоминает вдруг скульптора и ювелира Бенвенуто Челлини. Оказывается, с 1930-х годов его жизнеописание, переведенное Михаилом Лозинским, стало очень популярной книгой (вообще, благодаря Лозинскому в каждой советской домашней библиотеке появились тома Шекспира, Данте, Сервантеса, Мериме и других). Просто такой немного странный факт: случайно Челлини затесался на передовую советской культуры.

Авиаконструктор Александр Яковлев

Нам хотелось не замыливать тему репрессий. Благодаря эксперту Дмитрию Соболеву мы сделали целый раздел про конструкторские бюро во внутренней тюрьме 1928–1930-х годов. Там ведь происходила настоящая чехарда с арестами. Например, биография Якова Алксниса: сегодня ты сажаешь авиаконструкторов, завтра успешно предлагаешь Сталину учредить День авиации, а послезавтра ты сам уже осужден и расстрелян во время чисток РККА. Никогда не знаешь, чего ждать, у арестов нет точной логики. Например, Михаил Кольцов – автор идеи агитэскадрильи, очень успешный советский, как мы сейчас сказали бы, пиарщик, был расстрелян просто за компанию с другими публицистами. А летчик Константин Арцеулов, который воевал на стороне белых и просто не успел уехать из Крыма при отступлении, так ни разу и не попал под арест.

Журналист Михаил Кольцов

Поскольку я готовила в основном материалы о советском времени, на меня особенно давили идеологические вопросы. Сильно беспокоила история челюскинцев. В какой-то момент в интернете был вброс фейковых воспоминаний на эту тему, где в экспедиции «Челюскина» фигурировал второй корабль с заключенными. Было важно найти середину между антисталинской и сталинской пропагандой. Я обратилась за помощью к замдиректора музея «Ледокол “Красин”» Павлу Филину – специалисту по арктическим экспедициям. Благодаря его помощи и советам нашего консультанта Владимира Котельникова удалось более или менее достоверно воссоздать картину событий. Казалось бы, челюскинцы – популярная тема, но этот сюжет истории до сих пор никем глубоко архивно не исследован.

Павел Филин, замдиректора по научной работе музея «Ледокол “Красин”»

Челюскинцы – очень благодарное поле различных смыслов. От культурных историй – появления новин и сказаний по мотивам экспедиции – до биографии руководителя экспедиции, ученого Отто Шмидта, которому, помимо прочего, принадлежит собственная теория происхождения планет Солнечной системы.

Этой кураторской группой мы делаем выставки уже не первый раз, и у нас отличная команда – за качество работы не приходится переживать. Это очень важно на фоне внешних обстоятельств, которые всегда трудно предсказать.

Также мне бы очень хотелось поблагодарить ряд коллег из Музея истории Санкт-Петербурга, Дома-музея Василия Каменского и Федерацию планерного спорта за помощь в первичном нахождении материалов без бюрократических проволочек».