Путиловский завод

Евгений Трындин
2039
0

Автор: научный сотрудник Политехнического музея И.Р. Гусалова.

Предыстория

Новый прорыв в развитии России был связан с эпохой Екатерины Великой (1762–1796). Потребность страны в развитой инженерно-технической мысли была продиктована общими тенденциями экономического развития во второй половине XVIII века. Мощное воздействие на экономическую политику Екатерины II оказывал рост товарного производства в сельском хозяйстве, увеличение роли денег. Шли и интенсивные процессы складывания всероссийского рынка, специализации районов России. На развитие экономики воздействовала и внешняя политика империи. Как и всегда, войны (а их было в царствование Екатерины II много) дорого обходились казне и народному хозяйству, но успешные последствия их для империи — войны вынуждали активно развивать промышленность страны — оказывали благотворное воздействие на экономическое развитие. Война, как часто бывало, становилась главным стимулом технического прогресса. Военные заказы государства были так велики, что требовалось срочное строительство новых металлургических заводов и расширение старых по всей стране: в Карелии, Туле, на Урале и в других местах.

На необъятных просторах России возникали металлургические заводы, расположенные не только у месторождений железных, медных и серебросвинцовых руд, но и не слишком далеко от места сбыта, т.к. удаленность от них сказывалась на себестоимости металла и на его своевременной доставке. Необходимо было учитывать и потребность местного населения в металле на вновь присоединенных территориях.

К концу XVIII века, благодаря победам в войне против Османской империи и Польши, Россия сумела существенно расширить свои границы на юге и западе. Это привело к ликвидации в них рынка шведского металла, поскольку Россия установила высокие пошлины на его ввоз из-за границы, придавая, таким образом, большое значение становлению здесь металлургического производства. Результатом этого, стало появление в западнорусских губерниях, в Донбассе и в Закавказье новых заводов, а в Олонецком крае – модернизация существующих железоделательных заводов.

Правительству Екатерины Великой удалось привлечь в Россию западноевропейских металлургов различных специальностей для совершенствования чугунолитейного производства. Подобный способ решения технических проблем был наиболее типичным для промышленности XVIII века.

Поддерживая контакты с родственниками и деловыми партнерами, проживавшими за границей, иностранные специалисты являлись своеобразным «мостом» между Россией и странами Западной Европы, через который осуществлялся обмен опытом, закупка инструментов и материалов, оборудования, новых образцов изделий, проводился наем мастеров.

Результатом деятельности на российских предприятиях европейских специалистов стало внедрение новейших западных технологий, в том числе и начало производства главного достижения технической мысли XVIII века – паровых машин.

Шотландское начало

Именно в этот период, в 1783 году, по поручению императрицы велись переговоры о приезде в Россию в качестве управляющего Олонецкими заводами талантливого шотландского оружейника Чарльза Гаскойна.

Долгие переговоры с ним самим, а, впоследствии, и с премьер-министром Великобритании о том, чтобы отпустить в Россию лучшего пушкаря Европы, увенчались успехом, и в сентябре 1786 года Чарльз Гаскойн с двенадцатью английскими инженерами прибыл в Россию [1,с.29].

Готовясь к строительству пушечного завода в Олонецком крае, Гаскойн привез с собою части важнейших машин, нужных для этого производства – цилиндрических, раздувательных, сверлильных и прочих, многие строительные материалы, например, огнеупорную глину и кирпич, значительное количество каменного угля. Вместе с ним прибыли по его приглашению многие другие лица, служившие на Карронском заводе, в их числе два брата Берд, для помощи ему по общему управлению заводами, а также значительное число механиков, химиков, мастеров литейных, сверлильных, модельных, токарных, кузнечных и других.

Екатерина II указом от 2 сентября 1786 года заключила с ним контракт на три года и назначила Гаскойна руководителем Олонецких заводов, затем контракт был продлен, а в 1793 году – заключен бессрочный договор.

Чарльз Гаскойн

В России шотландца Чарльза Гаскойна стали называть Карлом Карловичем Гаскойном.

С именем Чарльза Гаскойна связано появление в России высокоэффективных пушек его изобретения – «карронад», массовых производств по изготовлению дешевых чугунных пушек высокого качества, поршневых цилиндрических воздуходувок, сверлильно-токарных пушечных станков, паровых машин Уатта для производственного использования, железной дороги, угольных шахт, каменноугольных плавок чугуна, стандартных мер веса и объема, художественного литья, пароходного движения и машиностроения в целом.

Под руководством Гаскойна – инженера выдающихся знаний – был почти полностью перестроен и модернизирован Александровский пушечный завод, реконструирован Кончезерский чугуноплавильный завод, и в 1789 году был построен чугуноплавильный завод на острове Котлин, под прикрытием Кронштадской крепости, который и является прародителем Путиловского завода.

Место строительства нового завода было выбрано не случайно: в Кронштадте скопилось большое количество чугунного лома, старых пушек, ядер и старых корабельных якорей. Для избежания расходов на перевозку этого сырья для переплавки в Петрозаводск, решено было устроить небольшой чугуноплавильный завод в самом Кронштадте, что и было поручено Гаскойном, в свою очередь, Карлу Берду.

В мае 1789 года в Кронштадте установили примитивный копер, разбивавший старые пушки, занялись постройкой плавильной печи – это и послужило основой будущего завода.

Завод был небольшим. Работами руководили 10 «художников» — специалисты по чугунному литью, а исполнял руководство Чарльз Гаскойн. Завод выпускал дробь, гранаты (гренады), пушечные ядра, зажигательные снаряды – брандскутели.

Казенный чугунолитейный завод, построенный в Кронштадте по проекту Чарльза Гаскойна, просуществовал на острове Котлин 12 лет, вплоть до февраля 1801 года.

Не всегда дальновидная политика императора Павла I вызвала реальную угрозу войны с Англией и заставила экстренно принять своевременное предложение Гаскойна о перебазировании Кронштадского завода с острова на территорию Санкт-Петербурга.

28 февраля 1801 года Берг-коллегии последовал указ императора Павла 1: «Кронштадский литейный завод на представленном от действительного статского советника Гаскойна основании переместить на предложенное им место, в приложенном при сем плане означенное, употребив на перевозку и временное его устроение десять тысяч рублей из строительных сумм Олонецких заводов» [2,с.9].

Днем рождения нового завода считается 3 (15) апреля 1801 года, когда на нём было отлито первое пушечное ядро, в дальнейшем завод выполнял заказы по производству артиллерийских боеприпасов. Это производство положило начало будущему промышленному гиганту – Путиловскому заводу.

Завод стал называться Санкт-Петербургским казенным чугунолитейным заводом.

Среди первых его руководителей — выходцы из Шотландии: Карл Гаскойн (1801–1806), Адам Армстронг (1807–1818) и Матвей Кларк [1,с.31].

Вклад шотландцев в развитие российской промышленности, и в частности, Санкт-Петербургского казенного завода, переоценить трудно.

При Гаскойне на заводе отливались военные снаряды и припасы, были введены новые технологии литья. В то же время началось производство весов, гирь, пуговиц, фонарей, ремней с медной чешуей для киверов, было начато первое художественное литье.

Адам Армстронг управлял заводом 12 лет. По указу Александра I от 1808 года предписывалось завод расширить. К 1809 году на заводе работало 390 человек, началась перестройка завода и его расширение. Вводились новые производственные площади – каменные мастерские. В 1810 году завод был удостоен посещением Его Императорским Величеством Александром I. Помимо военной продукции на заводе активизировалось развитие машиностроительного производства, изготовление паровых машин, механизмов для прокатного отделения, станков. Скульптуры, отлитые в те времена, и поныне украшают Санкт-Петербург.

С именем Матвея Егоровича Кларка (так на русский манер называли Мэтью Кларка) cвязано расширение ассортимента выпускаемой продукции: чугунные ядра, бомбы, снаряды для нарезных пушек, крепления и балки для шпиля Петропавловской крепости, железнодорожные мосты через Обводный канал и реку Славянку.

Крупнейшее наводнение 7 ноября 1824 года – самое большое со времени основания Санкт-Петербурга – стало драматическим событием в истории предприятия. Один из очевидцев писал: «…самое ужаснейшее опустошение произведено на Санкт-Петербургском чугунолитейном заводе. Число погибших 152 человека».

Было решено перенести завод на более защищенное место. В 1825 году М. Кларк был назначен членом комиссии по возведению нового Санкт-Петербургского литейного завода (на 7-й версте Шлиссельбургского тракта), названного Александровским. После пуска завода 14 декабря 1826 года Кларк становится его директором, пребывая на этом посту до 1842 года. Завод вошел в совместное управление с Олонецкими заводами и находился в полном распоряжении Департамента горных и соляных работ. В дальнейшем Александровский завод развивался самостоятельно.

Старый (будущий Путиловский) по именному указу Николая I был отделен от Олонецких заводов и передан Морскому ведомству. Его привели в порядок и назвали «Старым чугунолитейным заводом». Работы здесь продолжались, но производство постепенно свертывалось, рабочих переводили на другие места.

Только в 1842 году, когда завод передали в ведение Общества владельцев горных заводов (фактически — промышленнику Сергею Ивановичу Мальцеву), началась жизнь на «Старом чугунолитейном заводе» [3,с.20]. Три года это Общество катало на заводе рельсы для строящейся Николаевской железной дороги. Но предприятие оказалось малорентабельным: опыт прокатки железнодорожных рельсов в России отсутствовал и, производимая продукция имела весьма низкое качество – была хрупкой и плохого профиля.

В 1845 году завод вновь остановился. Некоторые его постройки пришли в полную негодность, печи разрушились, мастерские остались без хозяина, и предприятие вновь перешло в казну. Завод за Нарвской заставой бездействовал, пока его летом 1848 года император Николай I пожаловал своему приближенному гвардии полковнику (впоследствии – генерал-адъютанту) Н.А. Огареву сначала во временное владение, а затем в собственность (1855). С этого времени завод стал называться просто «Заводом Огарева» [3,с.21]. По характеру производства это было механическое, железопрокатное, железоковальное и литейное производство. На нем изготовляли детали мостов для железных дорог, лафеты к орудиям, станки, небольшие суда и рельсы. На одной из промышленных выставок продукция предприятия была даже отмечена специальной премией.

С 1856 года дела завода заметно ухудшились, Огарев стал терпеть убытки и был вынужден заложить предприятие в Государственном заемном банке, а затем и вовсе закрыть завод. Он сдал завод в аренду фирме петербургского купца 1-й гильдии Василия Хенлея «И. Дей и К°». Эта фирма получила в 1858 году казенную ссуду на организацию производства, но не смогла ее эффективно использовать и довела завод до банкротства.

В марте 1864 года Н.А. Огарев продал завод кредиторам Василия Хенлея купцу Вильгельму Риттеру и барону Константину Карловичу Фелейзену, которые, в свою очередь в январе1868 года фактически заброшенный завод продали Н.И. Путилову, что позже было зафиксировано указом сената от 7 (19) марта 1869 года (галерея: фото №15,№12). Именно с этого времени началась новая история завода, который очень скоро стали называть Путиловским.

Путиловский. Становление промышленного гиганта

Выдающийся предприниматель Н.И. Путилов превратил завод в одно из крупнейших предприятий России, настоящий промышленный гигант, выпускавший широкий спектр продукции – от рельсов и паровозов до орудий, снарядов и военных кораблей.

Путилов Н. И.

Побудительной причиной покупки Путиловым огаревского завода стало развертывание в стране железнодорожного строительства. Россия закупала в большом количестве рельсы, главным образом в Англии, Бельгии и Германии.

Обладавший стратегическим мышлением Путилов раньше других российских предпринимателей понял, что именно производство рельсов становится главным в металлургии, стратегически важным для государства. Н.И. Путилов изъявил готовность заняться изготовлением рельсов, предложив Министерству путей сообщения в кратчайшие сроки руками русских мастеровых изготовить и поставить нужное количество рельсов из своих российских материалов. Путилов гарантировал их прочность с введением значительного усовершенствования: железные рельсы делать со стальной головкой. Такой способ был разработан самим Путиловым и запатентован им в Европе. Заявление хозяина Путиловского завода о гарантии высокого качества продукции не было декларативным. В доказательство своих слов Путилов предоставил компетентным чиновникам министерства официальное заключение технических экспертов о блестящих результатах проверки на прочность рельсов, изготовленных по его способу.

Предложение было принято, так как оно совпало с желанием правительства заменить импорт своим производством хотя бы частично.

Договор на поставку рельсов Министерству путей сообщения был заключен 15 июня 1867 года, в соответствии с которым, Путилов обязался построить в течение семи лет завод по выделке рельсов для правительственных железных дорог производительностью от 300 тысяч до 400 тысяч пудов железнодорожных рельсов по цене 1рубль 45 копеек за пуд, включая стоимость доставки их до Петербургской станции Николаевской железной дороги [4,с.56].

Однако в намеченные планы внесла коррективы аварийная ситуация, случившаяся зимой 1867 года. В декабре этого года ударили сильнейшие морозы, на реках встал лед, залив замерз, навигация прекратилась, торговля замерла. А на Николаевской железной дороге полопались рельсы, закупленные в Англии и рассчитанные на европейский климат, хотя по гарантии они должны были прослужить еще год. Имеющийся запас рельсов для ремонта быстро истощался. Из-за повреждения путей возникла опасность остановки движения, могли нарушиться миллионные контракты, коммерсантам грозила уплата гигантских неустоек.

В срочном порядке, 2 января 1868 года Путилов получил от правительства заказ на 5 тысяч пудов рельсов ежесуточно, причем поставки начать через 18 дней после принятия заказа.

Уже 20 января 1868 года, на новом заводе было положено начало выпуску продукции. Цена на рельсы со стальной головкой была установлена в размере 1 рубля 88 копеек – гораздо дешевле заграничных.

В фантастический даже для наших дней срок, всего за 18 дней, Путилов сумел наладить дело, которое до него разваливалось не один год. Не надеясь сразу найти квалифицированных специалистов и не пытаясь получить их из-за рубежа, как делали это многие заводчики, Путилов бросил клич по городам и губерниям, что набирает людей на обучение ремеслу. И за несколько дней принял на завод полторы тысячи человек. Сам Путилов при этом сутками не покидал завода.

Оригинальность мышления Путилова и его способность предвидения проявилась еще и в том, что он сумел оценить возможность применения отслуживших свой срок рельсов, миллионы пудов которых валялись по обочинам железнодорожных путей.

Завод Путилова получил право в счет будущих поставок монопольно использовать отслужившие свой срок железнодорожные рельсы.

«Особенно замечательно то обстоятельство, — отмечала пресса того времени, — что в самом заводе нет иностранцев, а главным материалом служат отожженные английские рельсы, сделанные из металла вполне дурного качества. Из этого дурного иностранного материала русскими инженерами и русскими рабочими с прибавлением пудлинговой стали выделываются на заводе рельсы высокого качества, как доказали испытания, бывшие 3 февраля 1868 года» [5,с.39].

Путилов стремительно вел работы по расширению предприятия, основанного в начале XIX века. Через год на заводе уже было две тысячи рабочих. Там работало несколько мастерских: прокатные, литейные, механические и бессемеровские кузницы. В семидесятые годы было начато строительство сталелитейной и мартеновской мастерской [5,с.41].

В 1870 г. на Всероссийской промышленной выставке в Санкт-Петербурге и первом Всероссийском съезде промышленников Путиловский павильон признали одним из лучших. В результате в списке похвальных наград по Всероссийской промышленной выставке 1870 года значится высшая награда Н.И. Путилова в виде права «… употребления на выставках и изделиях изображения государственного герба с надписью на оном: за выставку 1870 года» [4,с.65]. Такая награда считалась выше золотой медали.

По разделу четвертому выставки (руды, металлы и изделия из них) Н.И. Путилов был награжден высшей наградой со следующей мотивировкой: «Действительный статский советник Николай Иванович Путилов, в Санкт-Петербурге и Финляндии – за особенные труды по развитию и улучшению железного производства в России устройством заводов, производящих большое количество весьма хорошей пудлинговой стали из местных материалов, за производство большого количества рельсов и рельсовых соединений и за попечение об улучшении быта рабочих» [4,с.66].

Запустив производство, Путилов стал постепенно налаживать его на современный лад. Первоочередной задачей становится обучение рабочих. С этой целью при заводе открывается школа и вечерние классы для взрослых, где преподают черчение, геометрию, технологию. Подобных школ в Санкт-Петербурге в то время не было. Вскоре школа получила статус технического училища. Организационными вопросами школы занималась супруга Путилова Екатерина Ивановна. Она же начала создавать школьную библиотеку. После смерти мужа Екатерина Ивановна осталась попечительницей училища, оказывала материальную помощь образовательным учреждениям и библиотеке. Традиция опекунства сохранилась и при новых попечителях.

Путилов налаживал быт рабочих, начал строительство общежитий и больниц, изыскивал средства к упорядочению снабжения продовольствием. При заводе было организовано общество потребителей. Со временем оно разрослось: появились четыре магазина, столовая, дровяной склад и квасоварня. Одновременно Путилов продолжал заниматься расширением производственных мощностей, наращивал выпуск продукции, увеличивал ассортимент.

Лавка Общества потребителей

В 1870 г. в прокатной появился бессемеровский конвертор для литья стали и артиллерийских снарядов, которые изготавливали по технологии Путилова. На испытаниях они превзошли по качеству снаряды Круппа.

Ассортимент выпускаемой на заводе продукции постоянно расширялся: здесь изготавливались перекрытия и опоры для мостов, инструменты, узлы для паровозов, разнообразные вагоны, как грузовые, так и пассажирские. Тогда же приступили к закладке каменной механической мастерской для производства собственных паровозов. Она была запущена в эксплуатацию через четыре года. Чтобы не зависеть от поставщиков, Путилов заложил железнодорожную ветку, которая соединила предприятие с главными магистралями России. К этому времени завод считался одним из старейших и практически самым крупным металлургическим предприятием России [6].

Поступавшие заказы требовали увеличения производства, поэтому были сооружены новые сталелитейные печи и налажен выпуск стальных рельсов, пришедших на смену комбинированным. Чтобы покрыть затраты, Путилов организовал в 1873 г. акционерное общество и добился его утверждения как юридического лица. Главным распорядителем общества в течение первых нескольких лет его существования оставался сам Путилов.

Заручившись правительственным заказом в 1873 году на 4700 товарных вагонов, он, расширяя завод, приступил к возведению новых цехов – «вагонных сборочных сараев». В это же время на заводе были построена шинопрокатная мастерская с одной мартеновской печью для изготовления вагонных и паровозных шин. Было закончено строительство капитального каменного здания для механического производства и расширена кузница. Постройка всех новых мастерских была закончена на заводе в самые короткие сроки, к началу 1874 года. В этот же год начался массовый выпуск товарных вагонов. Их производство достигло тысячи в год.

Программа расширения и модернизации завода была бы невозможна без сильной ремонтно-механической службы на заводе. Это понимал Путилов, поэтому с самого начала работы завода, наряду с основными производствами были построены вспомогательные мастерские для безотлагательного ремонта, обеспечивавшие бесперебойное функционирование огромного предприятия. Счет остановок оборудования велся не на дни, а на часы и даже минуты. Путилов добивался немедленного устранения причин остановок и перебоев в работе основного производства, будь то в ночь или в праздник. Система эта вполне себя оправдала [4,с.71].

В числе работ и заслуг Н.И. Путилова особенно следует подчеркнуть его меры по упорядочению Путиловского завода. Прежде всего, это были огромные, по своим объемам и денежным затратам, работы по поднятию уровня большой части территории, занимаемой заводом, подвергшейся опасности наводнения и катастрофически пострадавшей еще в страшное наводнение 1824 года. А территория завода была немалая и даже в первые годы его работы составляла около 200 тысяч квадратных саженей.

За 1868−1879 гг. Путиловский завод поставил железным дорогам одних рельсов около 14 миллионов пудов, тысячи вагонов и др. продукции и стал самым крупным металлургическим и машиностроительным заводом в стране.

Имеющее патриотическое значение для развития экономики России предприятие было поставлено и пущено в ход благодаря энергии и настойчивости Путилова, отличавшегося глубокими познаниями, смелостью и широтой коммерческих взглядов, большим организаторским талантом.

Реконструкция и расширение предприятия требовали огромных затрат, которые с трудом покрывались прибылями, однако в 1869 году Путилов начал новый проект – строительство морского канала и петербургского порта. Это грандиозное начинание было встречено более чем благосклонно императором Александром II. Он обещал Путилову личную помощь и выделение из казны двадцати миллионов рублей.

Но как любое коммерчески выгодное для государства дело, оно сразу же нашло и своих влиятельных врагов со стороны тех лиц, которые и занимались перевалкой и доставкой товаров из Кронштадта в Петербург, имея от этого огромные прибыли. Кроме того, ими оказывалось давление на правительство. В итоге из двадцати миллионов Путилов получил только два, чего хватило лишь на прокладку к будущему порту железнодорожных путей.

Финансирование строительства со стороны правительства было приостановлено и Путилов, верный своим принципам, вынужден был продолжать работы за свой счет, пуская в дело оборотные средства своего завода и залезая в долги.

Акционерное общество Путиловского завода вынуждено было заложить часть своих акций. В результате с 1877 года большая часть акций перешла к Государственному банку, который с этого времени сделался фактическим владельцем Путиловского завода, имея в правлении предприятия своих представителей.

У Николая Ивановича Путилова были грандиозные планы расширения и завода, и ассортимента выпускаемой продукции, но, к сожалению, ему не удалось довести до конца все задуманные дела, включая и строящийся канал.

Н.И. Путилов умер от инфаркта 8 апреля 1880 года в возрасте шестидесяти лет.

Путиловский завод, любимое детище Н.А. Путилова, продолжал развиваться уже без своего основателя, взяв курс на расширение производства. На пороге XX века Путиловский завод по своим размерам (12 тысяч работающих) и по значимости занимал первое место среди крупнейших предприятий России.

Торжественное открытие 32-километрового канала для прохождения крупнотоннажных судов состоялось 15 мая 1885 года. В этот день Петербург стал крупнейшим портом России.

Список использованной литературы:

  1. Волохова В.В. «Шотландские специалисты на Олонецких горных заводах: к вопросу об особенностях модернизации российской металлургии в последней четверти XVIII-начале XIXвека» — «Вопросы истории Европейского севера: Россия и Финляндия от Средневековья до середины XX века» — сборник научных статей. Петразаводск, из-во ПетрГУ, 2007, стр.28−35
  2. «К столетию Путиловского завода. 1801−1901 гг. » — Издание Путиловского завода, С-Пб, 1902, стр.9−20
  3. Мительман М.И., Б.А. Глебов, А.Г. Ульянский «История Путиловского завода» — М.-Л., Госсоцэкономиздат, 1939,756 c.
  4. Усанов Б.П. «Николай Иванович Путилов – ученый, инженер, предприниматель» — С-Пб, Гуманистика, 2000,159с.
  5. «Железопрокатный и механический завод Н.И. Путилова» — журнал «Всемирная Иллюстрация», С-Пб, 1869, т.2, №29, стр.39−42
  6. Ламан Н.К. «В авангарде русской промышленности» — журнал «Металлоснабжение и сбыт», 2001, №1, стр. 76−79